Настоятель мужского монастыря открыл детский приют. Человек с большим сердцем и широкой душой

«Однажды я отпевал молодую женщину,— вспоминает отец Лонгин.— Была зима. Смотрю, после отпевания на могиле остались четверо мальчишек. Все ушли, а они стоят совсем замерзшие, в резиновых сапожках на босу ногу и не идут никуда. На улице мороз градусов 20. А самый маленький из них был еще крошечка.

Я спрашиваю: «Что вы не идете домой?» А они мне говорят: «Мы без мамы не пойдем. Нам идти некуда». Отец-то от них ушел, а мама вот умерла. «Ваша мама теперь на небесах,— говорю.— Пойдете ко мне жить?». Кивают. Ну, я и привез их в монастырь.

Буквально через пару месяцев к воротам подбросили новорожденную девочку в коробке от бананов. Мама родила ее под Новый год, в коробку бросила и принесла к нам. Сколько она там лежала в мороз, не знаю. Я взял ее в руки, она была холодной как камень. Совсем замерзла. Мы скорее отвезли ее в больницу. Все врачи говорили, что шансов нет. Но с Божией помощью девочку удалось спасти. Врачи сами дали ей фамилию Счастливая. А назвали мы ее Катенька».

Отец Лонгин встретил в приюте для детей-инвалидов безрукого мальчика. Его звали Степка, он выскочил вперед и бойко продекламировал стихи собственного сочинения. Потом канючил и просил забрать его с собой, не давая проходу священнику с матушками. Когда настало время уезжать, Степка уткнулся лицом в рясу и не отпускал его. Батюшка прослезился и взял мальчика с собой.

«Мы сначала думали: ну заберем 50. Потом — 100. Затем решили — и 150 ребятишек сумеем досмотреть, но… Они ж, бедные, так настрадались за свою еще коротенькую жизнь, что сил нет у меня: знать, как им больно, и не забрать к себе! И когда их было уже 200, считал — ну это все! Но как же «все»?.. Теперь говорю, наверное, 300 будет».

Читай продолжение на следующей странице

loading...